Научитесь видеть мир вот так, и обретёте счастье и покой. В конце пример из жизни.

Техника близкая к медитативный предлагается, например, в Гештальт терапии. Напомню принцип гештальт-терапии: переживать свои собственные текущее состояние и, шире, на языке личности, на языке психологии личности – быть самим собой. Просто цитата из практикума по гештальт-терапии. Выберите неспокойно ситуацию, например, ожидание кого-либо или ожидание автобуса на остановке.

Спикер:
Дайте себе свободно видеть гу и фоны в окружающем. Заметим попутно полное принятие ситуации: в ситуации есть фоны, которых мы не замечаем, и источником нашего беспокойства обычно является фигура. Здесь речь идёт об автобусе или о каком-то человеке, которого мы ожидаем, но в принципе такой фигурой является телесное переживание, которое блокирует нам доступ к другим. Вы заметите, что количество вашего волнения, вовлечённости, беспокойства, например, возрастающую тревожность по поводу того, что уже поздно, ожидаемый человек отсутствует, уменьшает количество интереса, который вы можете обратить на другие вещи.

Опять мы встречаемся с представлением о том, что здесь по сути та же цель – не аналитическое внимание, не сосредоточение на одном, ибо если мы сосредоточены на одном, то это в данных ситуациях вызывает излишнее беспокойство и блокирует интерес к окружающим. Если вы уже обрели хорошее чувство актуальности, здесь это называется так: и актуальности, между прочим, мира и актуальности своих собственных психических переживаний. Если вы уже обрели хорошее чувство актуальности, вы можете сказать: «Здесь и сейчас находятся люди и вещи, которые можно наблюдать». Ожидание автобуса становится частью фона, и, поскольку беспокойство само по себе ничего не даёт – не ожидаемый человек, ни автобус, скорее не появится – можно использовать время. Вы знаете, это удивительный текст, его можно читать ещё и как философский, а не просто текст технического упражнения творческого состояния в актуальной ситуации, полное владение текущей ситуацией; вот, фактически, цель подобного рода упражнений.

Вы знаете, я чуть-чуть отвлеку наше внимание на од аналогию комуто. Извините меня, но я не могу рядом с только что процитировано текстом не поставить Воспоминания одного известного человека, воспоминания о событиях, вообще говоря, не просто эмоционально значимых, а даже [музыка] травмирующих аффективных, которые человек смог сдержать. Ре идёт о Фёдоре Михайловиче Достоевском. Между прочим, заметим, это материал для не только, пожалуй, семинарских занятий, а может быть, какой-нибудь спокойной беседы на досуге, ведь Достоевский очень по-разному относился к своему заболеванию. А это заболевание – эпилепсия. Мы встречали в том списке хоз, и, в частности, эпилептический припадок – это есть пример изх состояний сознаний. Вы знаете, мне кажется, можно высказать такую спокойную гипотезу, ведь это литературный материал, и здесь едва ли стоит повторять: эво, Достоевский, во всяком случае неоднозначно, отчасти и позитивно относился к своему заболеванию. Дело в том, что он пережил травмирующее аффективное переживание, он участвовал в противо кружке бы приво, как говорили в X веке, в казни через расстреляли. Цитата из практикума по гештальт-терапии, и тогда попытаемся напомнить те переживания, которые затем описывал об этом событии Фёдор Михайлович. Он говорит перва: из тех, кто должны быть казнены, уже были привязаны к столбам и на их головы надели мешки. Сам Достоевский был – я сейчас не помню точно, то ли во второй, то ли в третьей тройки. Сразу скажем, что всё закончилось по-своему хорошо, потому что сказать, как всегда, фильер поехал вовремя, и казнь была отменена, и здесь же заменена Кай, но, но сам-то писатель. В данном случае молодой писатель, юноша по сути дела, этого ещё не знает, и тогда что он делает? Он говорит, и тогда…

Я попытался использовать последние минуты, а может быть, даже секунды своей жизни. Полностью описывает – почитайте Дневник писателя – он описывает примерно то же самое, что в гештальт-терапии называют фигурой и фон. Он говорит: «Я попытался отвлечься от этого неминуемого грядущего события, в конце концов каждой смертью, и я попытался использовать данное оставшееся мне время для того, чтобы хотя бы в эти секунды – ну, там были и минуты – в эти секунды полностью посвятить своё внимание окружающему миру». Я пытался, ну, скажем, шталь терапевтическим языком превратить фон в фигуру. Я пытался полностью осознать свой психический опыт, пока не объявили о помиловании; в эти несколько минут я понял, что такое жить, и сказал, далее с сожалением, сказал: «О, если бы я и далее всю свою жизнь прожил бы так, как я почувствовал себя в эти несколько минут!» Переживания по существу и есть – ну, в данном случае, может быть, на слишком ярком примере – по сути и есть то, что можно назвать целью, конечной целью и Гештальт терапевтических и изложенных до того медитативных упражнений.