Марс многоликий [Triaxial Space]
В начале двадцать первого века никто бы не поверил, что за этой планетой пристально и внимательно наблюдает некое существо, превосходящее разумом человека. Но, как и человек, смертное. И пока люди копошились, занятые своими заботами, она рассматривала нас как крошечных существ, что плавают и множатся в капле воды, бесконечно довольные собой. Люди сновали по планете, туда-сюда, по своим человеческим делам, убаюканные осознанием своей власти над материей. Откуда-то из космических глубин существа, для которых наш разум тоже что интеллект зверей, исчезнувших веками, для нас холодные и равнодушные, с любопытством, завистью и без спешки наблюдали за нами, изучали, наверняка замышляя недобрые.
Марс, наш космический сосед, любимец научной фантастики. Чего только не приписывали ему люди! А когда мы еще не начали придумывать, что он такое, Марс был всего лишь красной точкой в темном небе. Но как только в дело вмешалась человеческое воображение, он уже не мог оставаться всего лишь точкой, а уж не найти смысла в его красном цвете и вовсе невозможно. Древние культуры усматривали в нем апокалиптические мотивы. Кровь и огонь вавилоне не связывали Марс с Нергалом, богом огня, войны и разрушения. Греки, скорее всего, вслед за Вавилоном, считали его звездой Ареса, бога войны.
Компания по очернению Марса продолжили римляне, переняв греческие мотивы. Звезда риса наконец получила имя Марс в честь римского бога войны. После падения западной римской империи в Европе сохранились латинские названия планет. За следующее тысячелетие кровавые сюжеты перекочевали с небес на землю, а точки снова превратились просто в точки. В семнадцатом веке изобрели телескоп, и тогда мы заново открыли ночное небо, а красная точка при ближайшем рассмотрении стала казаться менее грозной. Телескопы становились мощнее, и наши знания о соседней планете дополнялись деталями.
Мы измеряли период обращения и расстояния, следили за облаками и бурями, исследовали состав атмосферы. Мы даже обнаружили два ее маленьких спутника и следили за тем, как марсиане проводят по всей планете сеть ирригационных каналов. Постойте, мы не следили за тем, как марсиане? Понятно, ладно, Марс, мы наблюдали, но не увидели ни каналов, ни единого марсианина. Вот как было дело. В 1877 году астроном Джованни Скиапарелли создал первую подробную карту Марса. На этой карте он изобразил моря, континенты и сети каналов.
Сам Скиапарелли считал, что это естественное образование, и назвал их также, как греки земли. Однако стоило только вмешаться человеческому воображению, которое уж очень не хотело оставлять планету необитаемой, да и как не додумать, откуда взялись эти каналы? Окончательно решило дело небольшое лингвистическое недоразумение. Скиапарелли использовал слово "канале", которым итальянцы обозначают и природные, и рукотворные объекты. В английском же естественное русло рек и сооружение, которое создают люди, называются разными словами.
В общем, при переводе с итальянского взяли неправильное слово, с этого и началась охота на марсиан. Позвольте познакомить вас с человеком, который думал, что нашел их. Предприниматель, писатель, математик и астроном, и выдающийся знаток марсианских проектов строительства оросительных сооружений. Персиваль Лоуэлл в начале 20 века, увлеченный каналами на Марсе, 15 лет пристально рассматривал красную планету. В те годы он выпустил три книги, в которых писала о развитых марсианах, которые надеются с помощью ирригационных каналов оттянуть момент вымирания.
Идея Лоуэлла в обществе пользовалась популярностью. В конце концов, девятнадцатый век прошел под знаком колоссальных строительных проектов, и, разумеется, не только у нас, но и на Марсе. Ученые же восприняли эти идеи скептически. На планете хорошо просматривались темные и светлые области, но вот каналы, которые разглядела он, можно было увидеть только если очень захотеть. Фантазии же Лоуэлла разыгрались не на шутку, он видел ровно то, что хотел видеть.
Всеобщее увлечение Марсом отразилось и в научной фантастике того времени. Герберт Уэлс возродил давние апокалиптические ассоциации в своей книге "Война миров". В этом романе, отражающем заодно критику британского империализма и колониализма, пришельцы с Марса захватывают Англию в дребезги, разбивая иллюзию о том, что миром правят человек. В последующие десятилетия в литературе Марс станет полем великих битв, опасных приключений и любовных историй.
Но стоило нам добраться до красной планеты, как наше представление круто поменялось. Первый крупный план Марса нам подарил в 1964 году "Маринер". Мы увидели чужую планету с расстояния около 10 тысяч километров и ни единого следа разумных строителей. После первой посадки на Марс их тоже не обнаружилось. На поверхности нас ждала лишь холодная пустыня и дико воющий ветер. Новое открытие тут же перекочевали в научную фантастику. Теперь Марс превратился в необитаемый мир, ждущий завоевателей.
Пожалуй, лучше всего этот новый взгляд отразил в своей трилогии о Марсе Ким Стэнли Робинсон. Там рассказ о колонизации и освоении планет переплетается с подробным социальным анализом этих глобальных мероприятий. Те, кого Уэлса захватывали, сами стали колонизаторами, сохранив высокое самомнение, теперь они убеждены, что властвуют уже над двумя мирами. И все же, в конце 20 века, мало кто поверил бы, что однажды мы найдем на Марсе гигантскую скульптуру с гуманоидными чертами лица.
На снимке со спутника обнаружился некий объект, который как бы напоминает человеческое лицо. Однако, если снова призвать на помощь воображение, то мы рассмотрим такие странноватые черты. Ладно, вы и так уже все поняли. Некоторые отчаянные не хотели прощаться с надеждой найти марсиан. В фантазиях о Марсе вместо строителей каналов заняли скульптуры. Но если это не лицо, то что это?
Учёные были не в восторге от новых выдумок, но позволили обывателям развлекаться. Веселье длилось 25 лет, пока не появились снимки со спутника, оборудованного более совершенной камерой. Оказалось, что и на этот раз мы просто увидели то, что хотели видеть. В этом случае в игре света и тени на холме. И так мы снова остались одни. Невозможность в деталях рассмотреть небесные тела наполняла древнюю мифологию и другими сюжетами. Эти сюжеты дарят нам бесценный шанс заглянуть в тайны жизни и мысли наших далеких предков.
Более четкая картинка все еще не совершенна, и из-за ограничений телескопов выжигает наше воображение. Мы видим планету, но самые увлекательные истории берут начало в том, что скрыто, в том, что недоступно взгляду. Все так же, как и раньше, хочется фантастического. И как и раньше, нам снова придется распрощаться с фантазиями, когда наука и техника прольют свет на то, что пока не изведано.
Мало-помалу с каждой новой миссией перед нами раскрывается истинное лицо Марса. Мы следуем его загадочные полюса, находим на поверхности следы, оставленные жидкой водой. Мы видим истоки и русло древних рек. Только с небольшого расстояния мы видим рассветы и закаты другого мира. Мы видим, как наша планета плывет по чужим небесам. Об этом расскажут свои истории будущие поколения.