Сломать можно любого. Зачем уметь манипулировать? Как работает манипуляция.
Если человек, во‑перых, здоровый, целый, не покалеченный либо восстановленный, круто, им точно тяжелее манипулировать. Но если мы говорим про боевой НЛП, если мы говорим про шизофреногенные паттерны, про приёмы, которые наносят психике травму, да, пофигу, каким ты был. Важно, Ели у тебя противоядие именно от этого вируса, даже если у тебя эталонные родители, если у тебя детство было правильным, замечательным, тебя воспитывали правильно, ты вырастает интересующей се фигурой.
Те программы, которые тебе по наследству достались от твоих родителей, они не конфликтуют у тебя в голове; они как-то побуждают тебя развиваться. В общем, ты здоровый, сильный, устойчивый, не поломанный, тобой на бытовом уровне манипулировать, конечно же, тяжелее. Но если ты не подготовлен в плане боевого ЛП и во техники сломать восприятие твоих органов чувств, поломать отношение тебя к самому себе, — вопрос техники, если у тебя не было до этого такого опыта. Но если ты уже с этим сталкивался в обучающей среде на минималках, хотя бы ты Проблема был через общение с другими у такими шизофреногенные знакомых, ну, скорее всего, ты проблематичным то уровне будешь вакцинирован, ты узнаешь.
А есть люди, которые говорят: «Нет, это плохо. Я в белом пальто использую только белые, правильные манипуляции.» Это вот как в том анекдоте: это Страдивари для лохов делал скрипки, а для настоящих пацанов он делал барабан. Вот здесь то же самое: есть какие-то белые манипуляции, а есть какие-то не белые манипуляции; есть вот для лохов манипуляции, есть для пацанов. Вот и так далее.
Если ты в целом понимаешь, как это работает, если ты познакомился, дал себе работу, дал себе труд познакомиться с тем, какие есть направления воздействия, ну, скорее всего, ты будешь защищён, ты будешь вакцинирован. Самая распространённая формулировка: манипуляция — это скрытое, коварное, злонамеренное, насильственное воздействие, осознанное или неосознанное, пофигу, с целью причинить вред, и так далее. Но даже вот, если брать воспитание, психотерапию, Гештальт, НЛП, ты сразу же увидишь о том, что манипуляции бывают с добрым намерением, не насильственные. Если манипуляции насильственные, то, скорее всего, это манипуляция от недостатка компетенций, потому что все манипуляции могут работать, прекрасно работают в открытую, с добрым намерением: «Я же тебя так люблю, у тебя так замечательно блестят глаза; я просто вижу твой интеллект, твой интерес, как мне приятно такою родственную душу.» Зачем применять насилие, когда можно получить от человека всё, что тебе нужно, без этого, и человек будет любить тебя ещё.
При этом, но это очень неудобно, потому что людям больно от того, что они с чем-то не справляются. Им намного проще сказать: «Я с чем-то не справляюсь, мне больно, потому что ты манипулятор, ты нарцисс, абьюзер, психопат, ты несёшь ответственность за то, что мне плохо», поэтому это неудобно, некомфортно для многих, и я понимаю. Поэтому моя формулировка манипуляции — это та коммуникация, с которой ты пока ещё не справляешься. Как только ты начнёшь справляться с этой коммуникацией, это перестанет быть манипуляцией в твоём лексиконе, потому что самые лютые манипуляторы — люди, которые действительно калечат людей, люди, которые отбирают деньги у людей, бойцы информационного или когнитивного фронта. Они не называют свою работу манипуляциями — ну, работа такая, работа такая: мне платят деньги за такой‑то результат, у меня такой‑то kpi, я это делаю всё. А если кто-то не умеет, если кто-то с этим не справляется, ну, сам дурак. Жёсткие переговорщики, люди, которые реально ломают жизнь другим людям, не называют это трюками, психотрюками, манипуляциями, абьюз, газлайтингом. Нет, просто ты, дорогой мой, не умеешь.
А если мы говорим про кодекс, про этику, про экологию — слово «экология» в НЛП — это не про позитивные или отсутствие негативных переживаний; экология — это больше про целостность, про то, что одно не противоречит другому, про то, что твои потребности, твои ценности, твои критерии соответствуют твоим убеждениям, соответствуют твоим эмоциям, и ты действуешь как целостный организм. Если у тебя внутриличностный конфликт и то, что ты чувствуешь, противоречит твоим убеждениям, противоречит тому, что ты хочешь, в чём ты нуждаешься, у тебя работа по экологии не проведена — вот что такое экология. Если говорить про этику, о чём я говорю: манипуляции есть, манипуляторы есть — важно об этом знать, важно знать, как происходит насилие, для того чтобы ты его распознавал и не травил других, и другим не позволял себя разрушать.
Если посмотреть на некоторые комментарии под видео, которые грязных манипуляций, есть часть людей, которые пишут: «Вот что со мной делали.» Оказывается, это не я сошла с ума, это не я сошёл с ума, это вот как называется: оказывается, висхолдинг, оказывается, паттерны там подвешивания, паттерны расщепления, сведение с ума. Так вот оказывается, что это; а часть пишет: «Так, я это делал со своими…» Если Вам плохо в какой‑то коммуникации, коммуникации не справляетесь. Если вы кого‑то называете манипулятором, нарциссом, абьюзером, психопатом, — вы с ним не справляетесь, потому что если бы вы справлялись с ними, вы не называли бы их абьюзерами и манипуляторами. Это просто люди с какими‑то, ну, с какой‑то странной коммуникацией.
Если тебе приходится манипулировать, ты занимаешься чем‑то не тем; нет, у человека потребности манипулировать и применять насилие, нет, у человека есть потребность в отношениях: быть видимым, быть значимым, быть любимым. Нет потребности манипулировать — это всегда компенсация, никакие другие варианты не прокачают тебя, так как истории, где тебе отказали, где у тебя не получилось, там, где тебе было больно, у тебя не получилось, — это единственный эффективный материал, на котором ты можешь получить навык. Ко мне, когда приходят, они приходят от боли, говорят: «Там мой близкий, или мой муж, или моя жена, мама, мой ребнок, мой руководитель, мои коллеги — что‑то со мной делают, мне больно, я уйти от них не могу, я хочу с этим справляться, мне больно.» И мы начинаем с того, что все истории, с чем‑то не справлялся или не справлялась, мы отыгрываем, как мы сейчас с тобой отыгрываем: «Я тебя поддерживаю, мы с тобой находим надим инструмен для того чтобы в сюй св этих историй без этих отказов ты данный навык не получил бы.»
Мы едим слова, как заархивированный кусочек прошлого опыта. У меня есть автоматический Рефлекс ассоциировать это слово с каким‑то своим прошлым опытом. Если я не сталкивался с разводка, Я не сталкивался с мошенничеством, Я не сталкивался с когнитивной эмопатией, я не был в отношениях э с психопатом, с социопатом, с садистов, с перверзный нарциссом. Я понимаю, что слова могут быть просто обёртка, которая оборачиваются вокруг Цени калия или там цезия 235 или чего‑нибудь. Ну, какой‑нибудь отравы, нет, у меня ещё такого фильтра, я могу это кушать. Ты мне говоришь: «Я тебя понимаю», и на уровне рефлекса у меня твои слова запускают процессы, связанные с тем, что ты действительно меня понимаешь. Я начинаю проживать прошлый старый опыт, где мест понимали. Я был в близости, человеку очень важно быть важным, нужным, понятым, принятым, правым, значимым. Очень важно человеку любому, чтобы он был видимым, слышимым, понятым, принятым, обнятым. Поэтому фраза «Я тебя понимаю, я понимаю, о чём ты говоришь» резонирует, означает, сигнализирует, кормит тебя, удовлетворяет эти твои важные потребности.
Здоровому человеку нужны искренние, тёплые, здоровые отношения, и тебе важно научиться плохому, тебе важно увидеть, важно попробовать навыки боевые в безопасной обстановке, для того чтобы получить вакцину, чтобы ты научился называть вещи своими именами. Это не я схожу с ума, это ты применяли. Это не я тебя свожу с ума, не я разрушил твою жизнь, это ты применяет, ты применяет паттерн такой, такой, такой, разрушая мою жизнь. Чет, что это такое, кр? Как это работает, я тебе говорю, что это такое. Как это работает, и ты перестаёшь заниматься само газлайтинга. А вот что это такое: я нахожу, это я даю этому имя, и это начало того, что я лучше начинаю защищать свои личные границы. Я от этого не становлюсь абьюзером, или я не начинаю разрушать другого человека. В большинстве случаев, наоборот, если я какие‑то токсичные приёмы отслеживаю себя, я перестаю этим заниматься, потому что я понимаю, что вот те вещи, которые я делала, допустим, или делал своему ребёнку, они могут, аук, меня включается ответственность. Я больше негу говорить, что знал или не знала, но для того чтобы перестать заниматься самого златин гомне, важно понять, что это и как это работает. Я книжку про это написал, и для этого прямо в самом начале я написал: «Зачем я это делаю?» Важно знать, что это, какие они бывают, для того чтобы распознавать это, как иммунная система моей иммунной системе, важно объяснить, что эти клетки, эти вирусы меня убивают, а это мои, для того чтобы у меня и иммунитет работал и рака не было, а сама газлайтинг — это рак. Я начинаю атаковать сам себя, — со мной что‑то не так, и я ещё, из‑за этого, начинаю себя канифоли Заза, этого начинаю себя фигачит, наказывать, что я плохой, я какой‑то бракованный, и я ещё порчу жизнь другим, и другие ещ страдают, у меня не получается, и поэтому я плохой, я ещ больше начинаю себя убивать. Очень важно другому человеку рассказать, а что это, как это и так далее. Ключевая мысль, которая, надеюсь, ответит на вопрос этики: нарциссы, психопаты, садисты — уже это любят, знают, практикуют, расслабьтесь, они уже это знают, с них это и моделировать, а здоровый человек, здоровый психически, здоровый человек не нуждается, не имеет потребности в том, чтобы наносить другому ущерб или боль.
Если ты в школьной программе не выучил какую‑то тему, ты в эту тему будешь вляпаться до тех пор, пока её не выучишь. Если ты в третьем классе не научился делить в столбик, э, или там возводить в степень в каком‑нибудь классе, ты будешь спотыкаться об это каждый раз, пока не выучишь этот урок. То же самое с коммуникацией, то же самое с травматическим опытом, то же самое с неврозами, то же самое с переносами.
— (Речь выступающего)