И в чём он не прав? Истина.

Простите, я должен привести такой пример. Хотя в основном здесь сидят люди молодые, но ведь вы будущие психологи, и поэтому разговариваем. Мы с вами всё-таки уже и как со взрослыми. И тогда тот же Роджерс или Перлс приведут нам такой пример: какой-то человек, ну, простите, имеет такую особенность. Вот у него всё хорошо, но он считает, что у кого-то другого всё плохо.

Ну, например, он идёт по улице, и ему неприятно видеть каких-то людей. Вот, например, кто-то много курит. Я взял маленькую соринку. Перлс начинает свою работу с того, что он всю жизнь курил. Если кто-нибудь из вас когда-нибудь заинтересуется смыслом этого симптома, в том числе, я не знаю, как просто это неуместно в лекциях. Ну и любой, наверное, из ваших семинарских преподавателей будет готов к ответу на этот вопрос.

Это многозначный симптом, если начать в нём разбираться как в процессе. Но не важно, что-то. Ну или, не знаю, вот какой-то человек неопрятно одет, он там на улице. Вот сидит, денег просит. Мне он неприятен, пройду мимо него, и вот скау не работает там, бродяга какой-то и так далее.

Роджерс и одновременно Перлс спокойно говорят при этом взрослому человеку: «Чья эмоция вы испытали? Эмоцию, например, эмоцию раздражения, эмоцию, ну, не знаю, чувство отвращения?» Эмоция – ответ: «Это ваша эмоция», и довольно жестокий вывод. Значит, это ваша проблема у того, кто вам не понравился. Простите, у него свои проблемы, а ваши проблемы уже обнаружены.

И вот тот неприятный какой-то персонаж, такой сорный, у нас больше времени. Я привёл бы, простите, немножко, любов к Богу. Я понял заботы России, когда я стал без страха смотреть это его гоголевского словечко, а не моё. Я его только повторяю, когда я без страха стал смотреть на мерзости. Вот тому же, простите, учат как Роджерс, так и Перлс.