25 веков журналистики в одном ролике

Сидели два или три мужчины, где нибудь, пили пиво и думали: "Дайте-ка мы сдадим газету". Такое было, значит, что-то было еще до газеты, но тогда не было публики, которая могла воспринимать эту информацию. Допустим, проблема продажности журналистов - "продавать журналиста", иначе еще как? Раз факта, сенат брали деньги за публикацию фальшивых прогнозов погоды. Продажные мужчины - вторая древнейшая профессия, хотя мы с вами знаем, что это было не 2, а 1 - низшей пробить.

Здравствуйте! Я приветствую вас на канале QWERTY. Меня зовут Григорий Прутков. Я доцент факультета журналистики МГУ и расскажу вам о 25 веках истории мировой журналистики: от папируса до компьютера. Когда появилась журналистика? Ответ на этот вопрос, казалось бы, с одной стороны, простой, с другой стороны, дать его невозможно, потому что есть три версии, по крайней мере три версии появления журналистики.

Первая версия - достаточно логичная, самое логичное, что журналистика появляется тогда, когда появляется собственно газета в нашем понимании слова. Это четыре века с небольшим, считается 1609 год - дата появления первой газеты. Это было в Германии, сразу три немецкие города спорят за право называться родиной газеты. Франция тоже считает себя родиной газеты, потому что Страсбург сейчас принадлежит Франции, когда он принадлежал Германии - это одна из родин, так сказать, газеты. Таким образом, газете в нашем понимании слова, печатной газете, новостям на бумаге - 400 с небольшим лет. Но маловероятно, чтобы в 1609 году, давайте представим эту ситуацию: сидели два или три мужчины, где нибудь, пили пиво и думали: "Дайте-ка мы сдадим газету". Вряд ли такое было. Значит, что-то было еще до газеты. Эта база, на которой потом появились газеты.

И вот здесь мы неизбежно приходим к изучению второй версии появления журналистики: что было до газет? Мы знаем, что это был информационный бюллетень, то есть типа листовки, наши современные, такая мини-газета без какой-то последовательности, без периодичности, названия конкретного. Но опять же, то появляется где-то лет за 200 только до газеты. Что было до этого? А до этого получается устная коммуникация, потому что ораторское искусство — это не просто искусство красиво говорить. Ораторское искусство заменяло собой журналистику, предшествовало журналистике, когда не было прессы в нашем сегодняшнем понимании слова.

И оратор не только что-то красиво говорил, не только полемизировал, он сообщал новость. Священник во время проповеди только рассказывал о евангельских сюжетах. Не только о добре и зле, и только собственно проповедовал, но и сообщал новости. Вот эти две традиции ораторского искусства, светская и церковная, как раз и представляют собой то, что им просто журналистика, то есть то, что появилось до журналистики.

И вот такая дата считается примерно 5 век до Рождества Христова, Древняя Греция. Древние финны, когда появляется собственно ораторское искусство. Но, конечно, оно появилось раньше. Она была в Древнем Египте, у шумеров. Но тогда не было публики, которая могла воспринимать эту информацию. Получается, что для того, чтобы возникла журналистика, нужно не только газета, нужно не только новость, переданное устно или письменно, нужны зрители, читатели или слушатели, то есть активный потребитель этой информации.

Такой активный потребитель появился в V веке. Но коммуникация — это направленное сообщение чего-то кому-то. Направленная в общем информация отличается от коммуникации. А вот я сейчас вам что-то рассказываю, совершая акт коммуникации по отношению к вам. Если бы вас не было вот здесь, если бы не один вот тут, стояла и рассказывала то же самое, это была бы не коммуникация, это был бы вопрос моего психического состояния.

Поэтому коммуникация появляется тогда, когда появляются, опять же, люди, готовые воспринимать информацию. Такие люди были до периода Древней Греции, за много веков. Вот смотрите, змей в Эдемском саду, когда искушал Адама, что он совершал акт коммуникации, он коммуницировал со змеем, Адам и Ева, они оба с Богом. И таким образом мы видим, что коммуникация появляется уже у первых людей, и журналистика не вторая, а первая древнейшая профессия.

Таким образом, журналистика ведет отсчет с того момента, когда появились на земле люди, и это самая старая в мире профессия. Вот вам, пожалуйста, три версии - проведите, не журналист, как хотите берите, как хотите, используйте. Все они примерно одинаково аргументированы. Первое, конечно, более парадоксально, но тем не менее, журналистика так или иначе, с какой колокольни посмотреть, все равно профессия очень старая и очень древняя.

И вот на чем писали, на чем распространялась коммуникация? Конечно, это был папирус. Папирус появился в Южном Средиземноморье, на нем писали тексты, более дорогие тексты или более дорогие люди использовали пергамент, на котором писали, который делали из кожи животных. Это был такой, как бы, мы сказали сейчас, VIP-формат, что ли, сохранности текстов.

Посмотрите, сколько пергамент существует, столько, извините, существует папирус. Он начинает сохнуть, где-то разламываться, где-то через 50-60-70 лет. И таким образом нужно было все время переписывать текст. И вот эта огромная проблема, самая большая проблема античности - проблема сохранности текстов. У нас есть тексты древних ораторов, Демосфена и Сократа, в меньшей степени Лесиса, еще меньшей степени Горгия.

Есть большое количество речей Цицерона, но опять же, не буду перечислять фамилии. Вот смотрите, то, что они говорили, это записывалось через пять лет, это переписывали. А переписывали как? Переписывали, жене никаких не ставили интервалов между словами. Предложений не ставили, знаков препинания. Часто гласные даже не писали, экономили место. И вот представьте себе, вы читаете такой текст 60-летней давности, и вам нужно понять, что хочет автор переписать. Это что-то вы не понимаете. Естественно, за 50 лет язык любой меняется.

И посмотрите, даже современный текст 50-летней давности, современный читатель может вам не разобраться в нем. И вот таким образом переписчик переписывал так, как он сам понимал, что иногда комментировал что-то обратно, убирал что было особому непонятно через 50 лет. То же самое было, и вот так на протяжении столетий, пока не появляется бумага, пока не появляется книгопечатание в середине 15 века.

Вот процесс шел вот так. И где аутентичность? Как нам понять, насколько аутентично этот текст? Это большой вопрос. Мы не знаем, насколько аутентичные античные тексты. Мы можем сравнивать разные списки, которые сохранились. Но так или иначе мы должны принять эти тексты такими, какими они дошли. Тоже других вариантов у нас нет. Может быть, если библиотека Ивана Грозного откроется, то найдутся какие-то тексты, которые нам все неизвестные, мы можем их сравнить, допустим, понять, насколько они аутентичны.

Но, допустим, что касается библейских текстов, когда нашли Кумранские летописи в середине прошлого века, то выяснили, что текст совпадает летописной с современным текстом, который мы сегодня читаем. То есть сохранность текста была потрясающей. И это касается религиозных текстов, которые просто считались неприличным как-то менять, толковать и так далее. Их переписывали как что-то сакральное, а светские тексты, конечно, они больше правки подвергались.

И вот таким образом, значит, ораторское искусство - это способ коммуникации. С одной стороны, ораторское искусство мы можем разделить. Общее речи, как нас учил Аристотель в книге "Риторика", разделяет речь на три категории: торжественные, политические, судебные. И вот с точки зрения журналистики нас интересует речь, скорее, наверное, политическая, потому что здесь больше всего информации. Здесь больше вся коммуникация. Судебная речь - это юриспруденция, здесь не совсем пахнет журналистикой, это зачатки современной адвокатской речи.

Что касается торжественных речей, да, это может быть составление какого-то, это панегирик, это плач над телами павших воинов и так далее. Вообще речь появляется откуда? Самый древний тип речи - это, так раз, торжественный речь, опьяняющая. Собирались это в тени, под виноградником, пили вино. И, конечно, вы понимаете, через пять минут очень быстро "Ах, милее заклеишь!" Они решили как-то перемежать вот эти акты винопития какими-то репликами. И вот так появляются тосты.

И вот такие собрания, на которых они пили вино, выступали с речами, звали симпозиум. И потому что с греческого языка слово "симпозиум" переводится как "совместное распитие спиртных напитков". Я добавил хорошенько. Они так что сейчас позовут на симпозиум, то сначала выясните, что это за симпозиум, с какой программой. Таким образом речь появляется из винопития, прообраз журналистики. Как писал классик: "Истинно в вине".

Но не будем о вине. Потом дальше конкретно журналист - конечно, самые точные, самые выверенные тексты с точки зрения журналистики - это речь политическая. Здесь можем сказать про Демосфена, который был блестящий афинский оратор, процессор, на который был блестящим римским оратором. Они, в общем-то, равны - великие ораторы и сам факт того, что от них дошло больше всего речей, чем во всех остальных вместе взятых, говорит о том, что действительно эти речи были очень поучительны для современников и, главное, потомков.

Посмотрите, Юлий Цезарь, со времени Цицерона. В какой был великий человек? Мы его достижения пользуемся до сих пор. Он нам подарил календарь - наш календарь, месяцы. Это всё, милый за день недели, газету, собственно, основал. Но сейчас об этом расскажу. Но от него не дошло ни одной речи. Öfather никакой. Шток несколько сотен. Почему? Неизвестно. Мы не знаем, почему от Цезаря дошли записки о Галльской войне, там еще кое-что, письма некоторые дошли, но речи Цезаря до нас не дошли.

От Цицерона, за что огромное количество 2 тома избранных речей с комментариями, пожалуйста, далеко не полный перечень речей Цицерона. А кроме того, письма, трактаты, в том числе о журналистике. И вот Цезарь в 59 году нашей эры велел издавать газету, но опять же газету можно назвать условно. Сам Цезарь не знал слова "газета". Слова "газеты" появляются где-то уже в начале эпохи Возрождения. Значит, это были глиняные таблички. Такая табличка без названия, и на ней сплошным рядом шел текст. То есть новости.

Такие таблички были двух видов: один вид табличек вывешивали на форуме. Там копировали, ржать и отрывки из речей сенаторов. И такая табличка была "акта Сенатус". Вторая табличка, ее вывешивали на рынках, на площадях, на каких-то людных местах. Там были городские новости, сплетни, и это называется "acta diurna". Акт, или деяния сената, acta diurna - это новости дня. И вот как раз акт сената был прообраз серьезной газеты, а acta diurna - это был прообраз такой бульварной, массовой газеты, желтой, как бы сейчас сказали.

И таким образом Цезарь стал отцом газеты, ну, конечно, этого не знал. И вот интересно, что от этой газеты, конечно, не сохранилось, но какие-то же английские проблемы, они актуальны для нас до сих пор. Допустим, проблема продажности журналистов: вот так говорят, да, продажные журналисты. Кто не такие, продаваться журналист? Иначе еще как? Раз, как раз в акта сенату они продавали, точнее, брали деньги за публикацию фальшивых прогнозов погоды. Дело в том, что римская религия запрещала начинать какие-то важные дела накануне неблагоприятных небесных явлений. И вот представьте, в сенате предметку это решение важно, ну, словно говорят: "Начать военный поход", а группа сенаторов против.

Но у них не хватило голосов, они идут где урна, листам. А людей, которые работали в acta diurna, назвали журналистами. Отсюда слово "журналист". Платим деньги, те публикуют, говорит, "Завтра будет извержение Везувия!" Или "Завтра будет буря, смерч, этому что угодно, торнадо!" Сенаторы читают это в газете, думают, боги, значит, против нашего предприятия, отменяют войну. Конечно, для убедительности они потом еще писали в газете, что мы, мол, молились богам, приносили жертвы, будет, мол, прошла в стране эта жертва и там выглядела, я передумал - "Пока извергаться, как?" Но однажды на тех журналистов разоблачили, и их в порыве страсти назвали продажными мужчинами.

И отсюда идет понятие "вторая древнейшая профессия". Продажные мужчины - вторая древнейшая профессия. Хотя мы с вами знаем, что это было не 2, а 1 - древнейшая профессия. Эта газета просуществовала, первая газета просуществовала до 15-го года нашей эры. Акт сената и закрыл император Тиберий, потому что целью оставил в период республики, республика сменилась империей, и уже свобода слова не очень поощрялась. И когда кто-то в акте сенатус выступил против Тиберия, он обиделся и закрыл газету. Это был первый в истории акт цензуры.

Если кто-то на улице подойдет, план спросят, когда появилась цензура, что вы ответите? В ответе, что 1 - 1 акт цензуры - это закрытие императором Тиберием газеты акт сената в 15-м году нашей эры. Акт диурна просуществовал дольше, эти базарные новости никого не волновали, их запрещать было бессмысленно, незачем. И она просуществовала еще достаточно долго, ну, где-то около двух столетий, и следы теряются в поздней римской истории.

Но дальше, дальше наступает эпоха Средневековья. Главный такой элемент журналистики - это проповедь церковная. Мы здесь видим разное направление этой проповеди - это послания, письма, потому что письмо - это тоже публицистический жанр.

И вот обширное наследие письменного Средневековья - это как раз журналистика, публицистика. Это прежде всего в церковной проповеди заключено. И вот теперь мы подходим к ключевому дате - 1450 год, изобретение книгопечатания. Даты это тоже достаточно условно. В разных книжках можете увидеть разные даты. Тут дело вот чем: Гутенберг, изобретатель книгопечатания, он, во-первых, никогда не ставил даты на своих книгах. Он бегал от кредиторов, поэтому выходные данные не ставил даты, и поэтому мы не можем точностью там до года атрибутировать ту или иную книгу. Но главное то, что непонятно, где первоисточник. Или это, допустим, изобретение литографии, или это изобретение печатного станка или выпуск первой книги на печатном станке. И то, и другое, и третье может считаться, как и появление книгопечатания.

Первая книга была Библия Гутенберга. Печатал два года, один день, одну страницу. Он выработал классический стандарт - 42 строчки на странице. И вот если вы посмотрите любую современную книгу, стандартная сдано, вы с удивлением обнаружите, что сегодняшнее количество строчек на странице - это плюс-минус там 1-2. 42 строчки - это привет от Гутенберга! То есть то, что Гутенберг изобрел в 15-м веке, оптимальный объем страницы, то существует и у нас сегодня. Правда, конечно, любые изобретения воспринимались очень агрессивно.

Печатный станок распространился по всей Европе очень быстро, за полвека. Где-то вот в 450 - до 1500 года практически во всех европейских городах появляются с прекраща, и газеты начинают приходить в самые дальние уголки Европы. Многие к этому отнеслись очень осторожно. А почему? Потому что некоторые считали неуважением к Богу печатать книги на станке. Считалось, что как иконы, допустим, "печатать надо их адресовать кисточкой". И считалось, что также книги нужно писать от руки, а не печатать, это неуважение.

К другому мнению было еще более агрессивным, что печатный станок вселился дьявол. Что просто так это не происходит. Что там он портится, печатный станок риску, был пыхтел, не пошел, конечно, это дьявол, там сидит, естественно. И как можно на дьяволе печатать духовную книгу? Нонсенс. И поэтому в Англии, допустим, англе vol 11, в европейских странах теперь у книги были светские. В Англии первой книги были учебник шахматной игры, книг по истории, трое в изучении философов, книжка рассказов Чосера. То есть это были не духовные книги, специальные не печатали, потому что боялись потревожить вот этого дьявола, который сидел в печатном станке.

Но и опять же это не уважение к Богу. Считалось перепечатывание книг. Но так или иначе, книгопечатание пришло во все уголки Европы. А в Россию книгопечатание пришло через датчан. Датские мастера научили Ивана Фёдорова, и он здесь в 1564 году в Москве выпустил первую книгу - "Апостол". То и деяний апостолов. Но книги на русском языке появляются еще в конце 15 века в Великом княжестве Литовском, от Волосами - крупное средневековое европейское государство. Такое Россия двадцатых, как бы, где были университеты, Веденский университет, где было уже книгопечатание.

То есть это было очень таким передовым государством. И это было 2 русского государства. Там книги на русском языке печатались. Но если быть очень честным, то это был старый стал белорусский язык. Но старый белорусский старушки того времени практически идентичны. И первопечатник русский был Франциск Скорина. Он считается национальным таким героем Беларуси, и главной улице в Минске называется простых Скорины.

И вот Скорина напечатал книжки на вот этом старом белорусском языке, практически русском. И судьба была трагичной. Его выгоняли из разных городов, он приезжал в Москву, и там его обвинили в колдовстве. Это тоже был распространенный способ критики оппонентов. Он еле унес ноги, какие-то книжки вошли. Очень была тяжелая судьба, и он не смог нигде себя проявить как печатник, хотя он же лучшим служил государству. И он закончил дни с садовником при дворе чешского короля. Но так или иначе его дело не пропало, у него было много последователей, благодаря которым книгопечатание на русском языке развивалось.

И вот через книгопечатание уже появляется газета. Газета появляется сначала мужа. Я повторю, как информационный бюллетень. Наступает эпоха реформации, которая положила конец средневековым пыткам инквизиции. То есть люди вздохнули свободно, люди очистились от этого воздействия инквизиции. Появляются новые города, появляются ярмарки, в этих городах ярмарки организованы обычно перекрестки торговых дорог, где-то в морских городах. Это были не только центры торговли, это будет центр коммуникации.

И люди, которые ехали на ярмарку, они просто что-то купить или продать. Ярмарочная культура - это был целый такой феномен эпохи раннего Возрождения. Потому что знаете, вот как пример на Мега белая дача, вы приезжаете туда, вошли только там, купить что-то в магазине, вы там обязательно поедите, во что-нибудь поиграете, вас такой целый индустрии развлечений. И так далее. Туда можно на целый день с детьми, и там дети играют в специальных комнатах, там взрослые ходят по магазинам.

То есть вот такая индустрия развлечений. Это тоже ведь не новость 21 века, это изобретение как раз раннем Возрождении, когда появляются ярмарки. Вот человек ехал на ярмарку, просветиться, отдохнуть, повеселиться. Обязательно были там театры, представления, шоу, карнавалы. Европейские карнавалы ведут отчет как раз от вот этой эпохи ярмарок. Естественно, что появилась потребность в информации: что можно продать? Что там будут ставить какие спектакли, какие развлечения? Не опасно туда ехать, может быть, там эпидемии, может там, дорогах разбойники шалят, можно там война где-то в соседнем городе.

То есть вот такая информация, она потребовалась. И, естественно, что раз на потребность, появились и люди, которые стали собирать эту информацию и публиковать сначала в рамках информационных бюллетеней, а потом уже и в рамках газет. И вот, конечно, информационный бюллетень очень интересен. Из нескольких сохранившихся, мы допустим самый старый называется так - "Новые известия", сколько их получено с 27 октября 1587 года по 22 октября 1588 года из Нюрнберга, Венец. А дальше перечисляются все европейские города.

То есть интересно, что новыми известиями считались новости годичной давности. Вот так медленно распространялась коммуникация. Все это опять же происходит благодаря книгопечатанию. Второй фактор - это появление почты. Немец Фонд Аксиса примерно в то же время решил изобрести такой новый способ распространения информации. Он наладил перевозку почты в дилижансах. Он построил почтовые станции на дорогах европейских городов. И вот так вот за полвека вся Европа оказалась покрыта сетью вот этих вот дорог с почтовыми станциями.

Прицела культур помните у Пушкина "Станционный смотритель". И вот Аксид строил почтовые станции, и 40 километров друг от друга, с тем, чтобы, если допустим, на почтовой станции что-то случится, пожар там или разбойники, чтобы путник пешком дойти до следующей станции, считал, что человек может против день 40 километров. И вот это расстояние 40 километров, оно и сейчас даже используется. О катастрофе Байкало-Амурская магистраль расстояние между станциями делали тоже 40 километров, что есть, если на одной станции что-то случится, чтобы пассажир, ну дайте за день до следующей станции.

И вот таким образом культура почтовых станций. А это было не только стоянка. Это опять же, как и сегодня, там хорошая заправка, где вы можете поесть, отдохнуть, что-то купить. Вот эта культура, она не такая обширная, как культура ярмарочная, она тоже появилась, распространилась по Европе. Благодаря этим двум факторам: книгопечатанию и почте меняется европейская цивилизация. Появляется потребность в информации. Информацию развозили через почтовые станции. Почтовые станции тоже были центром сбора информации. Там путник мог прочитать информационный бюллетень.

И таким образом появляется постепенно газета. На 6 газета венецианская - это была мелкая монета. Почему в русском языке осталось слово "газета", сложно сказать. Газета называется "меркурия" в Британии. Допустим, захотят 1 "меркурий", там торговый "меркурий". Промышленной "меркурий". В Германии авизо, еще было название куранты. Тоже немецкое название. От первого пуска рукописная газета называлась 200 куранты. Ее издавали, сдавали, сильно сказано, готовили при дворе Бориса Годунова с 1600 года. Куранты - это был дайджест зарубежной информации, там не было своей журналистики, это была такая сборная газета. Сбирали информацию всех европейских газет, информационных бюллетеней. И вести курантов выходили нерегулярно на протяжении всего 17 века.

Они хорошо сохранились, то, что они считались секретными. У нас издана академическим способом несколько томов "вести и курантов", поэтому можем иметь представление, что это была за газета. А в Европе постепенно идет процесс появления настоящих газет. И 1609 год - это появление первой европейской газеты. Первые газеты были частными, причем очень часто выпускали один номер газеты, и по каким-то причинам прекращали выпуски. Заура запрещала или человек, который пуская, понял, что это не его дело и так далее.

И вот первая газета, поэтому очень сложно отличить от журналов. Они были формата школьной тетрадки, формата А5. И газеты, и журналы, и газеты ежедневно не было. Они были, как правило, еженедельные, ежемесячные. И поэтому в одной различных книжках про одно и то же здание можете прочитать как про газету, так и про журнал. То есть газета с журналов начинает отделяться внешне и по другим характеристикам только где-то в 18 веке, 18 век - это еще такой микс. Газету, журнал.

И вот в этом обилии частной журналистики в каждом крупном городе появляется своя газета. Какие-то существуют долго, какие-то только один номер и закрываются. И вот во Франции, король XIV стал думать, как эффективно управлять государством. У меня был очень опытный премьер-министр. Прогнал, решил, что управлять государством с помощью газет. И решили, нашел человека и возводил "оф 1". И он был врачом, но с хорошим образованием, был директором адресной конторы справочного бюро в Париже. И он стал сдавать газету. Первый номер вышел в 1631 году. Назывался "0 газета".

И вот это была первая в Европе государственная газета. В Китае, кстати, государственных газет возникла еще в 9 веке, но мы не берем сейчас китайскую журналистику, восточную журналистику, она гораздо древнее европейской, потому что она не оказала влияние на нашу европейскую журналистику. Все, что было в Китае, все было запрещено для иностранцев. Китайцы все изобрели раньше европейцев, но это были секреты. Допустим, европейцу под страхом смертной казни запрещалось приезжать в Китай без разрешения оператора. Долгие века существовал такой закон.

А вы понимаете, в Китае учи легко отделить, определить китайца. Отличить от нее китайцев. И поэтому китайские изобретения хранились все очень привередливо. И только в 19 веке миру открылся Китай уже в полной мере. И поэтому никто не знал, что китайская журналистика существует гораздо дольше, чем европейская. И поэтому говорим о европейской журналистике. И вот "Оля газета" стала первой государственной газетой. И вот с этого момента начинается новая эпоха в развитии журналистики.

Авторитарная журналистка, авторитарная концепция печати складывается в 17 и 18 веках. Сложилось 4 концепции журналистики. Любая концепция рассматривает форму взаимоотношений власти и журналистики. Авторитарная концепция - соотношения. Вертикальная власть сверху, журналистика снизу. Власть давит на журналистику, власть управляет журналистикой, власть указывает журналистике, как писать, о чем писать, о чем не писать - это цензура здесь. И контроль над редакторами.

Потому что редактор должен читать локальной власти, и это разрешение характер прессы. То есть если я хочу сделать газету, должен попросить разрешения, и разрешат или не разрешат. И вот много таких моментов, естественно, ложь, которая правда приносит в угоду власти. Как говорил Наполеон, если правительство узнает неприятную новость, не надо публиковать, пока она не подтвердится. Когда она подтвердится - не надо публиковать, потому что они уже знают, вот это был принцип авторитарной журналистики.

Конечно, не была сенсацией, потому что сенсация - это нечто такое, неуправляемое властью. И власть должна была показать, она контролирует всё. Ну а сенсация то, что выходит за пределы контроля власти. Поэтому сенсация не было. И вот так на примере Франции. Авторитарная журналистика, появившись во Франции в 1631 году, она распространяется по всей Европе, по всему миру. И в каких-то странах она раньше ушла в прошлое, как в Англии, например, в каких странах, немного позже, как в той же Франции, где-то в 20 веке.

Но в России в конце 20 века, а во многих странах, авторитарная журналистика сегодня существует. Около половины населения земного шара, живут в странах с авторитарной концепцией печати. Это и многие арабские страны, азиатские страны, африканские страны. Поэтому эта модель не какое-то вот античное, эта модель действующая. И началась она 380 лет назад. Затем первая такая не авторитарная модель - это английская. Вам, где происходит революция, сначала первая, потом другая. И в 1689 году парламент, принимая, билль о правах. И вот билль о правах - это и стал, собственно английским законом.

А печать на горизонтальные отношения власти журналистика на одной линии. Арбитр между ними парламент. Любой спор, любой конфликт разбирает парламент и указывает, как их конфликтовать. Третья концепция - американская. Она появилась в ходе американской революции. Американцы приняли в 1780 году Конституцию, потом десять поправок к Конституции. Первая поправка как раз регулирует взаимоотношения журналистики и власти. Вот если в Англии контроль регулирует парламент, не контролирует и регулирует, то в Америке не регулирует никто.

Американская журналистика полностью частное предприятие, там нет государственной жены, истина запрещена. И поэтому здесь самая вот такая просторная горизонтальная линия взаимоотношений журналистики и власти. И наконец, французская концепция. Она появляется во Франции, начинается в конце 18 века, формируется к 1881 году, когда появляется закон о печати. И законы печати собственно поставят точку в формировании концепции. Значит, между государством и журналистикой закона. Любой проблемы решаются законодательно.

И вот эта модель, которая возникла, она стала называться "европейская модель". Потому что все прочие, практически, страны Европы пошли по пути Франции. И у нас, когда принимали закон о СМИ в начале 90-х годов, потом в 91-м, ориентировались именно на опыт Франции. Вот эти четыре модели, появившись в 17, 18, начале 19 веков, сегодня существуют, они трансформировались, они поделились на разные другие модели более современные. И таким образом, эта база сформировалась, именно тогда, когда появляется уже печатная журналистика - в 17 и 18 веках.

Вот мы жалуемся на нашу свободу слова, на нашу якову, цензуру, на какие-то там что-то не нравится у нас. Есть журналистика, но мы должны понимать, чем мы отличаемся от обывателя, в худшем смысле этого слова. Если мы понимаем историю, мы должны понимать, что ни в одной стране мира свобода слова, свобода печати не возникала сама по себе. Не наступала сразу после принятия какого-то хорошего закона. Есть такая испанская пословица: "Наличия лечим учат, речи от сказанного сделано большое расстояние". То есть недостаточно просто принять хороший закон, нужно еще сделать, чтобы он действовал.

И вот в Англии прошло почти 180 лет от принятия билля о правах до его реального воплощения в жизнь. Американская Конституция тоже стала действовать далеко не сразу. Джефферсон, автор декларации независимости, который писал, что все люди равны - у него было 600 рабов. И это было, как вот, ну что, все люди равны, нам есть 600 рабов. То есть это воспринималось совершенно нормально, видимо, тоже не считал за полноценных людей, там еще что-то, у него свои представления. Пока эти представления не поднялись до общего понимания действительности, действительно все люди равны - прошло тоже 200 лет.

То есть, понимаете, мы сейчас в том пути, в том отрезке пути, где Англия была в начале 18-го века. Мы быстро идем, а мы ошибаемся поднимаемся, идем дальше. Но чтобы говорить об успехах, полных успехах нашей свободы слова, нам понадобится еще подождать 150 лет. Давайте вернемся к этому разговору лет через 150.

Таким образом, на базе все концепции журналистика действовала и действует вплоть до сегодняшнего дня. Очень интересная эпоха наступает в 19 веке. В начале 19 века, вообще 19 век - это век изобретений. Появляется столько изобретений, которые усовершенствовали журналистику. Изменили, и смотрите, как подавалась новость в 19 веке. Конец весны на лошади, верхом ли в кибитке, в корее как угодно. Теперь появляется паровоз, появляется проход, потом появляется самолет, появляется машина. То есть новость быстрее доходила.

Вот пример. Новость из Петербурга в Москву ушла раньше неделю. То есть вот так послать письмо в Петербурге, и другой получает в Москве проходит неделя. Когда он и Пушкин, его отец, который жил в Москве, узнал об этом через неделю с письма к Жуковскому. То есть это был нормальный способ коммуникации. Быстрее нельзя было. Хотелось сказать, мне одна моя знакомая, послал открытку из Петербурга, она пришла через две недели.

Но у нас есть альтернативные способы коммуникации, которых не было у тех людей, которые жили 200 лет назад. С появлением железной дороги между Москвой и Петербургом это расстояние сжимается. Поезд уходит из одной столицы утром, приходит вечером в другую столицу. И таким образом в газетах московских появляется информация о жизни Петербурга, вчерашняя, и в петербургских газетах появляется информация о жизни Москвы тоже вчерашнюю. А если мы откроем сегодняшнюю газету, то что мы увидим? Что информация, которую мы читаем, тоже вчерашнего.

То, что газета сдается в набор вечером предыдущего дня. И таким образом, с появлением новых способов передачи информации, в частности, железной дороги, появился предел оперативной подачи информации в газете. Здесь же наступает другие, забытые - телеграф. Благодаря телеграфу, можно передать сообщение. Но какой-то пробуждень из интернета! Появляются телеграфные агентства. В Швейцарии, во Франции "Валв", в Германии "Рейтер", в Британии "Ассошиэйтед пресс", и потом мы соединили проводом, кабелем друг друга. Получилась первая такая в истории глобализация - это были 70-е века 19 века.

Кабель проложили по дну Атлантического океана! Представляете, 6000 километров кабеля, там первый проход перевернулся, 2 кабель упал, и вот, наконец, президент США Линкольн, королева Виктория не смогли обменяться телеграммами. Это был 1858 год. После этого связь пропала, кабель перегрызли акулы, и понадобилось 10 лет, чтобы создать акула устойкий кабель.

И в 1768 году кабель снова по дну Атлантического океана прокладываться. Со времени уже беспрерывной телеграфной связи между двумя континентами появляется первый информационны передел мира. Первый информационный передел мира между вот этими агентствами. Ассошиэйтед пресс и "Свердловыми" - была вся Америка, северная - "You", "Рейтер" - это Британия и британские колонии по всему миру, да, это не только Франция, начала южная Европа, французские колонии в Африке, то есть вся Африка.

"Вольф" - эта центральная и восточная Европа и Россия. И вот таким образом первый такой прообраз глобализации был именно тогда, когда появляются, появляется телеграф. И телеграф распространяется по всему земному шару. Телефон. Благодаря телефону, телеграфу наступает информационная революция, потому что теперь можно передавать новость моментально. Конечно, телеграф - это было технически проще сделать.

Цилиндров были во всех городах. Телефон нужно было ждать связи, и вот в каждой редакции стоял телефон, стал телеграфный аппарат. Появился такой способ прогрессивный, который называется принцип перевернутой пирамиды. Основной принцип западной журналистики в том, что телеграфная лента часто рвалась. Это представьте, мы с вами в редакции, ждем новость, как у сногсшибательное. Мы её получим и мы будем первыми, обгоним конкурентов. Вдруг телеграфная лента рвется, мы подчас ли ремонтируем, ждем на мастера, у не получается.

Там он идет с отверткой, поэтому идет еще зачем-то, и нас конкуренты обгоняют. И вот чтобы такого не было, появился принцип: каждый материал нужно начинать с пяти вопросов: "Ответы на 5 вопросов". Вот твой В, ВМХ. А вот этот принцип информационные журналистики, принцип подачи материала сложился именно благодаря телеграфу.

Ну что ещё появляется? Появляется фотография. С этого момента мы стали знать, как выглядят люди. Тоже до появления фотографии не знаю, как выглядят какие-то люди. Мы знаем, как выглядят два города, мы знаем, как выглядели какие-то события войны, например, которые фиксировались в фотографии. Первая война, которая была зафиксирована в фотографии, была крымская, на обороне Севастополя. Люди тоже с трудом эти все новшества принимали.

Но в журналистике фотография появляется где-то в 90-е годы в газете, в журнале. Тоже очень быстро завалит пространство, появляются такие газеты для малограмотных людей. Газета Instagram, как бы сейчас сказали, чем основан Instagram? Принцип Instagram - картинка и небольшая подпись. Так вот, грозит Instagram, и читайте, малограмотный, который хочет что-то узнать, он видит картинку и подпись, 2-3 строчки, он сможет прочесть такую большую заметку, прочистим тяжело.

А две строчки носили? Вот это были очень популярные газеты во всех странах. Конечно, они тоже не знали, что мы их будем сравнить с 100 граммами. Но прежде наступает ещё и революция экономическая, потому что один человек уже не может собирать такое количество материала, ему нужны помощники. Так появляется в газете разные отделы, так появляется дифференциация журналистских специализаций. И новая роль рекламы. Имел Джордан, французский издатель, открывает новый канонически закон прессы: чем больше тираж газеты, тем больше стоимость рекламы, тем меньше и продажная цена.

А вы знаете, хоть и сдать всю книжку и пойдете в типографию, вам скажут, что если вы сдадите 500 экземпляров, это вам будет стоить? И сколько? Если вы зайдете 100 экземпляров, может даже дешевле. Тоже чем больше тираж, тем дешевле стоимость. И вот благодаря вот этой вот рекламе, тиражной спирали, который забрал Жардин. Газета за несколько десятилетий... сколько 0, и да, не видных тиражей. Когда Джордан начинал, он приехал в Париж в 1727 году, то очень успешный тираж газеты был 2 тысячи экземпляров. Это считалось большим журналистким успехом.

Когда Джордан умер, тираж одной газеты-журнала достигал миллион экземпляров. Вот за 50 лет журналистка трансформировалась до такой степени. Благодаря вот этому открытию экономики новой редакции, вот этой журналистки пришла в 20 век. А в 20 веке это век идеология. Вот если бы мы допустим посмотрели три последних века с точки зрения, что больше влияло на журналистику, то в 19 веке больше влияли технические и технологические изобретения. То есть техника и технологии.

20 веке идеология. Газета стала частью экономики, частью холдинга. Она же не может сама по себе сдаваться, она выйдет. Трубуется, она будет самые сдаваться, как независимые здания. И вот значит, идеологии в 17 году происходит революция в России, и журналистика делится на коммунистическую и антикоммунистическую, на советскую и антисоветскую. То есть вот наступает эта эпоха идеологизация, которая длится до, где-то, 90-х, начала 90-х годов двадцатого века.

Здесь же, в эту же эпоху, мы видим расцвет пропаганды. Пропаганда не является журналистикой, но пропаганда использует журналистику как оружие. Мы можем говорить о журналистике как о служанке пропаганды. 29, и это относится не только к Советскому Союзу, относится практически ко всем странам. Потому что холодная война, она привела к тому, что журналистика стала частью государственной машины, частью государственной пропаганды. Толь затянуться не только в Советском Союзе, но и в США, и Великобритании, и во Франции, и в других государствах.

То есть идеология - это то, что влияло на журналистику. Вот вам один пример: газета отраслей, скажем, спортивная, могла она быть вне холодной войны? Казалось бы, да! Спорт - древние греки закончили войны, когда начинали олимпиады. Но в 20 веке спорт стал, опять же, слугой идеологии. Мы ного, ты сейчас, когда наших спортсменов не пускали на олимпийские игры и так далее, под надуманными предлогами. Это всё началось, как раз, в середине 20 века. До спорт стал разменной монетой в идеологических баталиях.

И вот если мы посмотрим спортивную прессу, она тоже идеологически вся выдержана. Если посмотрим на сельскохозяйственные, они тоже подвержены идеологического влияния. То есть не было очень сложно, практически невозможно, можно только нибудь математический журнал издавать. Над не журналистика, не была газета, не было журнала, которому в 20 веке не испытал на себе роль идеологии.

И вот это все заканчивается где-то на рубеже 80-90 годов, с распада, нового противостояния исчезает между коммунистической и антикоммунистической прессой. И в это же время начинается новой информационной революции, появляется интернет. Эти новые технологии, новые коммуникации, начинается эпоха глобализации, когда журналистика выходит за рамки государственных границ. Появляются глобальные газеты, появляются глобальное телевидение, появляется наконец интернет. Появляются блоги, сфера. И сегодня в журналистике совершенно изменилась.

21 веке. Сегодня любой человек, у которого есть современный девайс, мобильные, может быть журналистом. Само понятие журналист изменилось. Изменилось. Почему? Раньше это был человек, который работал в штате редакции. Сегодня это любой человек, кто фотографирует новости, пришлет её, разместит где-нибудь и так далее. Хэштег поставит и так далее. То есть сегодня каждый человек оказался в каком-то центре интересного события и может стать журналистом по факту. И вы смотрите, мы последние там 10, можно даже больше лет слышим, что традиционная газета умрет. Газету хоронят её специалисты.

У нас аспирантка диссертацию писала, там, что газета умрет. Главный редактор одной из центральных газет даже назвал точную дату, когда умрет газета. Но с точки зрения истории журналистики, что мы можем сказать? Вот смотрите, сейчас очень модно сюда ругать современную молодежь, модно ругать: знаете, хотя еще на древнеегипетских пирамидах был написан 25 до нашей эры. Сегодня дети уже не так слушают родителей, как раньше, все хотят делать по-своему. Значит, и нормально. Но вот когда появилась фотография в середине 19 века, все в один голос почитайте любую газету, все говорили, что умрет живопись.

Зачем нужно стоять с кисточкой там днями, неделями и месяцами, когда можно взять фотографию? Правда, зачем? Фотография умерла? Не умерла. Она осталась. Она развивалась. Цветная фотография. Вместе стали говорить, что живопись умрет. Объясняю, умерла? Не умерла. Появляются передвижники, поверьте, импрессионисты. В конце 19 века! То есть и сегодня даже дико, если вам кто-то скажет, что знаете, умрет живопись, здесь развиваются. Вы покрутите пальцем у виска, скажите "это вообще за аналитика, ура, 80 уровня".

А тогда в середине 19 века, то считалось, да, уже практически решенным вопросом. Когда появляется радио, то все тоже стали переживать, что умрет газета. Ленин назвал газету радио-газеты "без бумаги расстояний". И действительно, это было дешевле, это было проще, здесь не стоял барьер грамотности, дешевизна. Опять же, что, умерла газета? Умерла? Появляется телевидение после Второй мировой войны, и все стали говорит, что умрет радио, умрет газета. Помните, "Москва слезам не верит"? Там герой, который 20 лет подряд говорит: "Через 20 лет будет только телевидение!" Все умрет, будет только телевизию сплошная, телевидение оставит.

Умерла? Ничего не умерла. И вот появляется интернет, все стали говорить опять, что бред газета, да или видно? Сегодня в кризисе, там, население нет принципиальных каких-то новых, таких вот открытий за последние там даже два десятилетия. Но исходя вот из этих продолжающихся дискуссий о смерти всего, что устаревает, мы можем что сказать? Ничего не умрет. Газета не умрет, радио и телевидение не умрет. Газета останется, она изменится, она уже изменилась. Газета перестала сообщать новости. Газета стала более аналитичной, посмотрите, сегодняшнюю газету.

Там таких 2 ст. замерщик кот наплакал. Почти нет, зато там есть аналитика. То есть газета скорее будет не сообщать новости, а их уже осмысливать. То есть она станет более публицистичной, более серьезной. Рассчитанная, такого более вдумчиво читать. И вот это та ниша, в которую войдет, которую займет газета в 21 веке. Поэтому она не умрет, она останется. И будет интернет-СМИ, и будут газеты, будут радио, и будет телевидение. И блага сфера, который тоже как элемент уже журналистики, это конечно еще не законодательно сваривается, но все-таки это элемент такой персональной журналистики, все это развиваться на наших глазах.

И все это то, что сформирует журналистику будущего. И таким образом мы видим, что за 25 веков журналистики много поменялось. Поменялись носители информации, поменялись способы коммуникации. Но что осталось? Остался потребитель информации: читатель, зритель, слушатель. И он остался, никуда не делся. Несколько площадок, которые доводят до него эту информацию, и пока есть этот потребитель информации, журналистика будет жива. Она самая старая профессия, самая первая, и она будет длиться столько, сколько живет человечество.

Вот и всё! Спасибо вам за внимание. С вами был Григорий Прутков, доцент факультета журналистики МГУ имени Ломоносова, специально для канала QWERTY.